Преддоговорная ответственность в российском гражданском праве: причины нововведения и перспективы практического применения

Одной из ключевых новелл, возникших в результате реформы обязательственного права, стал принцип преддоговорной ответственности, закрепленный в п. 3 ст. 434.1 ГК РФ, в соответствии с которым сторона, которая ведет или прерывает переговоры о заключении договора недобросовестно, обязана возместить другой стороне причиненные этим убытки.

Основная причина введения данного правила раскрыта в Концепции развития Гражданского законодательства Российской Федерации. Так, в связи с целью предотвращения недобросовестного поведения на стадии переговоров необходимо было «предусмотреть специальные правила о так называемой преддоговорной ответственности (culpa in contrahendo), ориентируясь на соответствующие правила ряда иностранных правопорядков».

В начале российское гражданское законодательство приняло концепцию преддоговорной ответственности лишь в ограниченном виде.

Истоки института преддоговорной ответственности были заложены еще в первой редакции ч. 2 ГК РФ в ст. 495 (если покупателю не предоставлена возможность незамедлительно получить в месте продажи информацию о товаре, он вправе потребовать от продавца возмещения убытков, вызванных необоснованным уклонением от заключения договора розничной купли-продажи) и в ст. 507 (сторона, получившая предложение по соответствующим условиям договора, но не принявшая мер по согласованию условий договора поставки и не уведомившая другую сторону об отказе от заключения договора, обязана возместить убытки, вызванные уклонением от согласования условий договора).

Вопрос применения данного института на практике вызывает некоторые затруднения. Согласно новелле, при вступлении в переговоры, в ходе их проведения и по их завершении ответственность может наступить для стороны, которая действует недобросовестно. При этом законодатель не дает конкретного определения недобросовестности при ведении переговоров. Предположительно любое недобросовестное ведение переговоров потенциально способно стать основанием для наступления преддоговорной ответственности. Включение в гражданский оборот таких оценочных категорий (в данном случае недобросовестность) критически оценивал известный российский цивилист И. А. Покровский. Называя подобные категории «каучуковыми», он говорил о том, что если законодателю по тем или иным причинам точное определение не давалось или было затруднительным, то он выражал свою мысль в общей неопределенной форме, предоставив затем восполнение подобного пробела свободному усмотрению суда.

Таким образом, введение института преддоговорной ответственности, имеющего обширный исторический базис, как в России, так и в других государствах, является серьезным шагом в развитии российского гражданского права. Однако, несмотря на это, данная новелла еще подлежит совершенствованию в будущем, в основном - конкретизации. Основной причиной этого стало использование законодателем оценочных понятий, которые пока не получили однозначного толкования в ГК РФ и в судебной практике. Именно в данном направлении необходимы действия законодателя по уточнению определенных юридических категорий.

 

 

Кудинова Мария

Студентка 3 курса Юридического факультета МГУ